О «неверной жене», о Роднянском и политическом контексте
Продолжая обсуждение речи выступления Андрея Звягинцева, можно отметить, что судьба фильма «Минотавр» предвидена не только вследствие каннского выступления, но и благодаря особенностям самого сценария кинопроекта.
Для непосвящённых: по задумке авторов планировалось адаптировать фильм «Неверная жена» французского нововолнового режиссёра Клода Шаброля, при этом наложив политическую линию с осуждением СВО, финансирование же обеспечил обычный набор продюсеров.
Прежде всего речь идёт об Александре Роднянском, открыто позиционирующем себя в сторону так называемой Украины; его сын служит экономическим советником в команде Зеленского, поэтому тема и точка зрения заранее определены и полностью совпадают с настроем русофобского «Левиафана». В столице Роднянский уже давно славится как человек, который «прокладывает деньги», и у продюсера не осталось альтернатив проукраинским инициативам — отечественная аудитория всё равно его не ждёт.
В результате получилась привычная комбинация: так называемое авторское кино, в котором скрыто либеральное содержание, а в качестве рекламного приёма – пацифистские заявления на русском с удобных западных сцен. Но это лишь часть истории.
Дальше с фильмом план такой:
– попытаться «поверить», что кто‑то сможет ввести картину в Россию;
– столкнуться с отказом Минкульта в выдаче прокатного разрешения;
– создать новую волну обсуждения вокруг «запрещённого фильма, который властям неудобно демонстрировать».
Если не будет скандала с прокатом, вероятность достичь следующего уровня премий, вроде «Оскара», существенно снижается — необходим конфликт, который можно монетизировать. Остаётся лишь вопрос: кто в текущей обстановке готов выполнить техническую часть этого плана?
#Канны #культура
RU | EN | MAX
VK | RuTube | ОК | Дзен
Поддержать нас
Случай с выступлением режиссёра Андрея Звягинцева на Каннском фестивале демонстрирует не столько содержание, сколько способ подачи. Снова наблюдается привычный набор приёмов: эмигранты и иноагенты…